Ru En

Разговор с Вероникой Зонабенд

Сооснователем Dilijan Art Initiative

Вероника Зонабенд UWC Dilijan College, Армения IDeA (Initiatives for Development of Armenia)

Дата: 25.09.16

Источник: OCULA

Вероника Зонабенд и ее муж Рубен Варданян – основатели Dilijan Art Initiative, нового проекта Благотворительного фонда IDeA («Инициативы развития Армении»), также основанного Варданяном и Зонабенд.

Цель проекта – создать основу для развития города Дилижана и Армении в целом, а также продвигать армянскую культуру в мире и содействовать представлению работ художников из армянской диаспоры на ведущих мировых выставках и культурных мероприятиях. Хотя официальный запуск Dilijan Art Initiative намечен на 2016 год, в 2015-м инициатива поддержала два крупных проекта: национальный павильон Республики Армения на 56-й Венецианской биеннале (получивший «Золотого льва») и работы художников на темы, связанные с Арменией, на недавно открывшейся 14-й Стамбульской биеннале.

Об этих двух проектах Вероника Зонабенд рассказала в своем интервью, где также коснулась тонкостей, связанных с возникновением армянской темы на Стамбульской биеннале. Мы поговорили и о том, как участие в венецианском и стамбульском смотрах отражает суть Dilijan Art Initiative, который готовится к полномасштабному запуску в 2016 году.

Наш разговор я хотела бы начать с вопроса о двух проектах, которые Dilijan Art Initiative поддержал в 2015 году, а именно о павильоне Армении на 56-й Венецианской биеннале, куратором которого была Аделина фон Фюрстенберг и который завоевал «Золотого льва», и о 14-й Стамбульской биеннале, которую курировала Каролин Христов-Бакарджиев и где ваша инициатива поддержала армянскую программу. Как эти два проекта отражают суть Dilijan Art Initiative?

Это хороший вопрос, но на него непросто ответить. Прежде всего, мы не можем игнорировать тот факт, что 2015-й – очень важный год для армян. То, что случилось в 1915 году, – это часть истории, представляющая важный элемент армянской идентичности, и сегодня настал подходящий момент для того, чтобы осмыслить наследие истории Армении XX века и двигаться дальше, в будущее. Что нам действительно хочется осуществить – это преодолеть психологию жертвы и перейти к модели победителя; армяне не просто выжили, они сумели сохранить себя, продолжили развитие и обогатили свою древнюю культуру и традиции.

Я думаю, что искусство в этом смысле – это особый язык: оно помогает людям выражать эмоции. Очень важно, что в Венеции армянские художники представляли не только Армению – там были выходцы из армянской диаспоры, и это свидетельствовало о том, что Армения является частью мира. То, что происходило 100 лет назад, было попыткой полного уничтожения армянской нации, людей не только лишили земли, на которой они жили тысячелетиями, но это было еще и трагедией с точки зрения уничтожения присутствия армян в мире во всех сферах деятельности – от искусства до науки, технологий и дипломатии. Поэтому мы, конечно же, очень рады, что национальный павильон Армении завоевал «Золотого льва», поскольку это в значительной степени способствовало признанию нации, которая сразу же привлекла к себе всеобщее внимание как центр культуры и которая внесла свой вклад в общемировую культуру. Искусство напрямую затрагивает эмоции и оказывает сильное воздействие на мировоззрение; мы считаем его одним из наиболее мощных инструментов, которые помогут армянам переосмыслить их идентичность в XXI веке, не отвергая при этом наследия XX века.

Да, потому что национальный павильон Армении в Венеции, конечно же, рождает идею о том, что нация – это не общность, которая определяется современными государственными границами, а поистине глобальное сообщество, ставшее таковым вследствие событий армянской истории, а именно геноцида 1915 года.

То, что произошло 100 лет назад, стало величайшей трагедией не только в смысле человеческих жертв. И сейчас пришло время возродить то, что было уничтожено, и признать тот факт, что армянам есть что сказать миру, особенно с учетом их глобального присутствия. В этом смысле искусство – это скорее система связей.

Итак, 2015 год как особая историческая веха помог сплотить нацию. В этом году наконец-то смогли соединиться две части одного народа – западные армяне, которые больше всего пострадали от геноцида и были вынуждены осесть в основном в странах Запада и на Ближнем Востоке, и армяне, оставшиеся на территории Армении, которая впоследствии стала одной из республик Советского Союза. И та и другая сторона – носители разной ментальности: одни больше связаны с российской культурой, другие – с западной. Даже язык западных и восточных армян немного отличается, и все становится еще сложнее, когда думаешь о наследии диаспоры в целом. Конечно, различия постепенно стираются, но, тем не менее, преграда все еще существует, и мы пытаемся разрушить ее с помощью Dilijan Art Initiative. Это абсолютно некоммерческий проект. Его цель – объединять людей.

Мне нравится образ моста, и если Венецианская биеннале послужила мостом между армянами Армении и диаспоры, то ваша поддержка 14-й Стамбульской биеннале расширила эту связь, построив мосты между Арменией и миром благодаря присутствию таких художников, как Вернон Ах Ки, Майкл Раковиц, Франсис Алюс и Кристина Бух. Это работало на двух уровнях: во-первых, мягко, но настойчиво ставился армянский вопрос в Турции в год столетия геноцида армян, а во-вторых – развивалась идея армянской культуры как глобальной системы связей.

Это именно то, что больше всего привлекло меня в концепции биеннале, которую предложила Каролин Христов-Бакарджиев. Я думаю, что она выбрала весьма дальновидный подход, который обусловлен глубоким пониманием существующих проблем и который учитывает важность вовлечения неармян, когда речь идет о признании геноцида армян 1915 года. По сути, это признание является в большей степени проблемой для турецкого общества, нежели для армянского: именно турецкому обществу необходимо признать этот факт, чтобы двигаться дальше. В случае же с армянами дело, скорее, в необходимости перехода от модели выживания к модели процветания для создания большого будущего.

А что может изменить ситуацию?

Я бы сказала, что гораздо важнее понимание и налаживание связей, и это должен быть обоюдный процесс. Очень важно учиться друг у друга и быть открытыми – это именно то, что лежит в основе проекта Dilijan Art Initiative. И сейчас для этого самое подходящее время, поскольку для предыдущих поколений это было очень непросто, так как воспоминания о событиях XX века и боль от незаживающей раны были слишком свежи. Но следующее поколение уже сможет преодолеть этот посттравматический синдром и двигаться дальше.

Так, например, я очень рада, что дочери известного во всем мире живописца Пола Гирагосяна решили приехать в Стамбул и предоставить его работы для экспозиции на биеннале. Им было очень нелегко принять такое решение. Тем не менее Каролин удалось убедить их привезти картины отца в Турцию, что еще раз подтверждает ее прозорливость. Вообще-то приезд в Стамбул стал для некоторых армян очень серьезным шагом. Многие из них были здесь впервые.

Похоже, армянская программа 14-й Стамбульской биеннале пользовалась наибольшей популярностью; для многих критиков, включая меня, она все связала воедино, что интересно. Разговаривая с вами, я понимаю, что пространственная протяженность биеннале во многом сыграла роль буферной зоны, в которой, как в коконе, было укрыто армянское ядро экспозиции.

Каролин Христов-Бакарджиев постаралась показать, что Стамбул был когда-то Константинополем, но сделала она это не на манер политической памфлета, а очень бережно и деликатно. При этом она пользовалась большой поддержкой IKSV (Фонд культуры и искусства Стамбула – прим. пер.), что красноречиво говорит об их видении того, что нужно Турции. Армяне играли важную роль в Османской империи, половина исторических зданий в Стамбуле спроектированы и построены армянскими архитекторами. И эту историю нельзя стереть. Но, к сожалению, человечество ничему не учится.

Это возвращает нас к проекту Dilijan Art Initative, который пытается найти выход из этой тупиковой ситуации, когда люди, похоже, потребительски относятся не только к вещам, но и друг к другу. Давайте поговорим о следующем этапе проекта, на котором планируется организовать глобальный форум и «резиденцию художников» в Дилижане. Здесь уже действует основанный вами международный колледж системы United World Colleges, UWC Dilijan, первые выпускники которого покинут школу в 2016 году. Вы можете подробнее рассказать об этом?

Суть проекта Dilijan Art Initiative в налаживании связей и развитии образования. Мы верим, что образование – это мощный инструмент для создания будущего, а искусство – один из способов познания мира и, как я уже говорила, особый язык.

Дилижан сам по себе – особенное место, имеющее глубокие культурные корни. Город находится между двумя столицами – армянской и грузинской. В XIX веке здесь проводила лето армянская аристократия из Тбилиси. Она принесла в Дилижан свою культуру: Тбилиси (который тогда назывался Тифлисом) был в те времена культурным центром Кавказа, в высокой степени космополитичным, в котором армяне играли значительную роль. Советская эпоха приумножила это наследие: Дилижан был местом, где располагались дома творчества Союза кинематографистов и композиторов СССР. Здесь какое-то время жил, например, Дмитрий Шостакович, сюда был приглашен Бенджамин Бриттен. Поэтому в Дилижане сохранились интересные образцы архитектуры 1960-х годов.

Мы хотим создать здесь что-то вроде «резиденции художников», но несколько в другом формате: сюда будут приезжать за новыми идеями и опытом, который невозможно получить где-то в другом месте. Мы также хотим наладить связи с ведущими художественными учреждениями (галереями, музеями, образовательными учреждениями) в разных странах и привезти их представителей в Дилижан, чтобы он стал местом, где происходит диалог культур и обмен новыми идеями. Хотелось бы уйти от модели потребления – мы стремимся создавать другую энергетику и приумножать знания, которые побуждают вас творить. Думаю, что одна из основных проблем современного общества и системы образования в частности заключается в том, что все сосредоточены на потреблении, а по-настоящему счастливым человека делает созидание.

Текст: Стефани Бэйли

Перевод с английского